Open post

Радио «Свобода» снова говорит о незаконности раскопок в Крыму

Нового в материале мало, но кое-что есть:

1. Представитель «прокуратуры АРК» (той, что «в изгнании») говорит (очень расплывчато и неуверенно), что они собираются добиться международных санкций против археологов и археологических организаций, работающих сейчас в Крыму.

2. «Прокуратура АРК» завела дела по «более чем» 20 фактам «незаконных» раскопок. Все они (уже который год) находятся на стадии «досудебного расследования».

3. «РС» перечисляет некоторые памятники, о раскопках (?) которых заведены дела: церковь Иоанна Предтечи, Доковая башня, башня Константина, древнее поселение [?] вблизи Феодосии, Китей, Акра, некрополь и поселение Кыз-Аул, крепость «Керчь» и старинное поселение Боспорского царства [?].

4. Институт археологии РАН, который проводит в Крыму, наверное, самые большие раскопки, на вопросы радио «Свобода» не ответил. Пытались ли брать комментарии у других организаций, копающих на полуострове, не сообщается.

Полный текст материала: https://ru.krymr.com/a/rossiyskue-arheologicheskie-raskopki-v-krymu-nerushenie-mejdunarodnogo-prava-prokuratura-ark/31294131.html

Open post

Сколько получает твой начальник?

Минкульт опубликовал среднемесячные зарплаты директоров музеев за 2020 год. Среди них несколько околоархеологических (округлённые суммы):

Михаил Пиотровский (Эрмитаж) — 987 тысяч;

Елена Гагарина (Московский Кремль) — 942 тысячи;

Алексей Левыкин (ГИМ) — 620 тысяч;

Марина Лошак (ГМИИ) — 594 тысячи;

Елена Морозова (Херсонес) — 371 тысяча;

Александр Седов (Музей Востока) — 344 тысячи;

Владимир Гриценко (Куликово поле) — 283 тысячи;

Любовь Мусиенко (Музей истории религии) — 230 тысяч;

Владимир Кузнецов (Фанагория) — 156 тысяч;

Ольга Соболева (Новгородский музей) — 145 тысяч;

Источники: https://culture.gov.ru/upload/iblock/530/5307e1e9ec149a2d4d7fb793f4d4e7d4.pdf

https://ria.ru/20210514/zarplaty-1732309382.html

Сведений о среднемесячных зарплатах директоров археологических институтов РАН найти не удалось, но на сайте Минобрнауки сегодня появились декларации о годовых доходах за 2020-й (суммы округлены):

Владимир Лапшин (ИИМК) — 11 миллионов 490 тысяч;

Николай Макаров (ИА) — 8 миллионов 749 тысяч;

Николай Крадин (ИИАЭ ДВО) — 8 миллионов 665 тысяч;

Андрей Кривошапкин (ИАЭТ СО) — 4 миллиона 410 тысяч;

Игорь Побережников (ИИИА УрО) — 4 миллиона 371 тысяча;

Вадим Майко (ИА Крыма) — 1 миллион 674 тысячи.

Источник: https://minobrnauki.gov.ru/upload/iblock/3e4/iw3isk5a1nvbc28el4quu9dgp8j4kti0.xlsx

[А во сколько раз Ваша зарплата меньше, чем у директора? :)]

Open post

Кобанцы и коммунизм

Недавно ушедшая Валентина Ивановна Козенкова не только составила фундаментальные своды о кобанской археологической культуре, но и больше 20 лет (1993-2014) работала редактором газеты «Молния». Это было издание движения «Трудовая Россия» (лидером движения до своей смерти был В.И. Анпилов, один из крупных сторонников Верховного Совета в конфликте 1993 г. с Б.Н. Ельциным).

Как в говорится в некрологе «Трудовой России», Валентина Ивановна в 1956 году отказалась вступить в КПСС: не захотела быть в «партии, порочащей имя Сталина» [источник цитаты не указан].

В «Трудовой России» археолог участвовала с конца 1991 года, с 1996 входила в исполком этого движения. В 1993 году «как сотрудник РАН» составила экспертное заключение, благодаря которому с «Молнии» и её главреда В.И. Анпилова сняли обвинения в экстремизме и призывах к насильственному свержению строя.

По утверждению сайта «Трудовой России», сам Анпилов говорил, что экспертиза В.И. Козенковой стала одним из оснований для его амнистии.

Некролог «Трудовой России»: https://trudross.ru/main/zhit,-ne-menyaya-ubezhdenij/

Некролог ИА РАН: https://www.archaeolog.ru/ru/press/in-memoriam/valentina-ivanovna-kozenkova

(По наводке Владимира Ганибала: https://vk.com/id147978833)

[А вы говорите, кобанцы далеки от политики. Ага!]

Open post

В Великом Новгороде раскопали башню

В Великом Новгороде, на Софийской набережной, обнаружили остатки деревянной башни и крепостной стены Окольного города – средневекового внешнего оборонительного укрепления. О находках сообщает пресс-служба Института археологии РАН, экспедиция которого проводит раскопки.

Остатки крепостной стены. Фото: пресс-служба ИА РАН.

Конструкции датируются XVI–XVII веками. Судя по письменным источникам, открыта Досланьская проездная башня и участок стены около Борковской башни.

Нижние венцы Досланьской башни. Фото: пресс-служба ИА РАН.

В раскопе около новгородского театра открыли жилой дом и хозяйственные постройки, погибшие в сильном пожаре начала XV века. Слой пожара довольно мощный – около 40 см. После пожара усадьбу отстроили заново. В её хозяйственной постройки нашли два отрывка берестяной грамоты (№1122/1123). Она представляет собой черновик завещания. Автор перечисляет своих должников и поручает своим родственникам взыскать с них долги: деньги, соль, мясо и зерно. У двух должников, братьев Иринарха и Ивана, даже указано место жительства – Черницына улица в Людином конце.

Берестяная грамота №1122/1123. Фото: пресс-служба ИА РАН.

В слоях конца XIV – начала XV века этой же усадьбы нашли ещё четыре берестяные грамоты (№ 1224–1227). В основном это обрывки деловых писем.

На раскопе у театра нашли также редкую печать – посадника Федора Даниловича. Кроме его имени, на печати находится изображение святого Феодора-воина. Среди других находок – новгородская серебряная монета 1430–1440-х годов, писало, шахматная фигурка, шумящая привеска, боевой топор, нательные кресты.

На фото вверху: Печать посадника Федора Даниловича. Фото: пресс-служба ИА РАН.

По материалам пресс-службы Института археологии РАН.

Заметка написана при поддержке Лары Крофт, партнёра DigDeep.ru.

Open post

Исследователи заглянули внутрь средневековых крестов

В домонгольской Руси был распространён особый вид крестов – энколпионы. Они были двустворчатыми, внутрь помещали какие-нибудь реликвии. Считалось, что такие кресты-реликварии были редкими и статусными предметами, внутрь которых вкладывали частицы мощей. Оба этих представления оказались неверными, говорится в статье, которую группа исследователей опубликовала в недавнем выпуске «Кратких сообщений Института археологии». Кратко о ней сообщает пресс-служба организации.

Исследователи отмечают, что за последние 10 лет институтские экспедиции собрали большую коллекцию энколпионов. При этом значительная их часть – 42 находки – происходят из селищ Суздальского Ополья. По мнению авторов статьи, такое количество означает, что кресты-реликварии были не только у богатых и знатных людей.

Интересно, что некоторые энклопионы находят закрытыми. Такие находки довольно редки, но если археологам и улыбалась удача, то содержимое крестов не изучалось – оно часто гибло при реставрации. «[…] Их отдавали реставраторам, которые при работе помещали кресты в кислоту — понятно, что внутри ничего не оставалось. Поэтому среди огромной научной коллекции к началу 2000-х годов закрытых энколпионов, с содержимым которых можно было бы работать, были единицы», – поясняет академик Николай Андреевич Макаров, один из авторов статьи, директор Института археологии (ИА) РАН.

Сверху: энколпион с оглавием, с сохранившимся верхним запорным штифтом. Створки украшены рисунком креста. Селище Григорово 2. Внизу слева: РЭМ-изображение участка разрушенного волокна травянистого растения и фрагментов грунта, а также спектр ЭРМ. Вложение в энколпион селища Суворотское 8. Внизу справа: РЭМ-изображения фрагментов текстильных льняных волокон. Вложение в энколпион с селища Михали 4. Фото: пресс-служба ИА РАН.

Авторы статьи исследовали 14 закрытых крестов-реликвариев. 11 из них нашли в Суздальском Ополье, ещё три – в Великом Новгороде. В Курчатовском институте к находкам применили целый арсенал естественно-научных методов: синхротронную и нейтронную диагностики, электронную микроскопию и элементный микроанализ, газовую хроматографию и масс-спектрометрию, компьютерную томографию, 3-D сканирование и моделирование. Исследователи изучили состав сплава и вложений, установили приёмы изготовления, построили трёхмерные модели крестов, которые не только «зафиксировали» их в закрытом состоянии, но и позволили определить, где именно лежат вложения.

Сверху: фото энколпионов и их вложений до и после раскрытия. Селище Михали 3. Снизу слева направо: шелковое волокно из вложения в крест из селища Михали 3; фрагмент волокон козьей шерсти в поляризованном свете, энколпион из селища Михали 4; человеческий волос в пучке шерстяных волокон, энколпион из селища Михали 4. Фото: пресс-служба ИА РАН.

Оказалось, что внутри крестов нет костных останков и что вложения различаются. Среди них – ладан, кусочек воска с ладаном, завёрнутый в льняную ткань, частицы разных тканей (льняной, шёлковой, конопляной), остатки травянистого растения, а также человеческий волос, который обернули тканью из козьей шкуры. Один из ковчежцев оказался пустым. «Мы убедились, что строгих правил, регламентирующих вложения, не было», – заключает Николай Андреевич.

Фото и томограммы креста-энколпиона и вложения в них (Новгород, раскоп Власьевский-2): 1 — фото до раскрытия и с приоткрытыми створками ; 2 — 3D модель и нейтронный срез. Темным цветом выделены окисленные участки внутренней части створок; 3, 4, 5 — неизвестное волокно растительного происхождения из вложения. Фото: пресс-служба ИА РАН.

Исследование также показало, что энколпионы были «массовой» продукцией – их делали из недорогих материалов и большими сериями. Вероятнее всего, они были делом рук местных ремесленников, а не импортом.

В Курчатовском институте собираются продолжить работу с ковчежцами – в лабораторию передали ещё пять подобных крестов.

По материалам пресс-службы ИА РАН.

На фото вверху: Вложение креста-энколпиона из селища Клещино. Макрофото древесной щепы. Фото: пресс-служба ИА РАН.

Заметка написана при поддержке Лары Крофт, партнёра DigDeep.ru.

Posts navigation

1 2 3 4 5
Scroll to top